Мы тебя никогда не забудем

Россия простилась с любимым актёром: не дожив дня до своего 74-летия, умер Николай Караченцов.

Звание «Народный артист России» в его случае — всего лишь констатация факта: выйдя на сцену столичного Ленкома, а потом и на кино-и телеэкраны, Николай Петрович прочно занял место среди ведущих актёров современности наряду с Андреем Мироновым, Натальей Гундаревой, Олегом Янковсковским… Кстати, своим названием «Ленком» театр тоже обязан Николаю Караченцову: когда рухнул Советский Союз и театр Ленинского комсомола искал новое название, актёр предложил Марку Захарову не изменять своему имени и просто сократить его — это оказалось самым правильным решением.


Потом случилась страшная авария: 28 февраля 2005 года автомобиль, которым управлял Николай Караченцов, потеряв управление на скользкой дороге, на полной скорости врезалась в столб. Врачи сразу же сказали жене — актрисе того же Ленкома Людмиле Поргиной, чтобы родственники готовились к худшему — актёру давали пару-тройку дней комы, не больше. Но надо было знать силу любви и характер Людмилы Андреевны, которая сказала: я не отдам его смерти. Напомним, в тот же день, когда актёр попал в аварию, умерла мама Людмилы Поргиной — именно поддержать жену и мчался Караченцов с дачи, где был с сыном и его женой.


Второго марта наступила так называемая «мёртвая точка»: медики ждали смерти с минуты на минуту. Поргина в тот день хоронила мать. Рано утром она вошла в палату реанимации, поцеловала мужа и прошептала ему на ухо: «Коля, прошу тебя, подожди: я похороню маму, вернусь и вытащу тебя». Так и вышло. В ожидании, когда Николай Петрович выйдет из комы, ежедневно Людмила Поргина готовила в палате празднично накрытый стол, ставила водочку — любимый напиток актёра: он придёт в себя — и обрадуется, что его здесь ждут с распростёртыми объятиями. Врачи скептически улыбались. Потом Поргиной показалось, что Караченцов подал признаки жизни — взяв мужа за руку, она попросила: если ты меня слышишь, сожми мою руку. Сначала у него дёрнулся глаз, потом он пошевелил пальцем, сжал руку жены — а потом со всей силы ударил ногами по спинке кровати.


Дальше были долгие годы борьбы за жизнь, за здоровье. А в последние годы снова за жизнь — уже с онкологическим заболеванием, поразившим Николая Караченцова. В разгар этой борьбы — летом 2007 года — мне посчастливилось познакомиться с этой семьёй и не единожды побывать в гостях у четы Караченцова и Поргиной.


Это было задание одного известного жёлтого издания, в котором я работала тогда в Москве. Надо сказать, авторитет Караченцова был столь непререкаемым, что редакция послала меня на благотворительный концерт, посвящённый актёру, не за горяченькими новостями, а просто правдиво написать, как обстоят дела у любимого артиста. В зале полно знаменитостей — каждый посчитал своим долгом выступить и помочь со сбором денег на лечение Николая Петровича. Виновник торжества сидел рядом с женой, несмотря на нестерпимую жару, держался молодцом и только не отпускал руку Людмилы Андреевны — как только она вставала поприветствовать очередного звёздного гостя, тут же опускал для неё сиденье кресла и хрипел: «Люда, садись». Людмила Андреевна дала мне домашний телефон, сказав только: «Завтра позвоните». Ни на что особо не надеясь, набрала номер — и получила приглашение. В тот самый дом в Шведском переулке. Прямо за чеховским МХАТом. Закрытая территория,  охраняемый подъезд, площадка перед лифтом — ротонда с колоннами и мраморным полом, секретный ключ для поездки на этаж в квартиру к звезде, в дверях встречает водитель, с ног чуть не сбивает огромный белый лабрадор, хозяйка в милом голубом халатике приглашает на кухню — чай, бутерброды, пирожное. Кухня огромная, мебель дубовая, в центре — большой резной стол под старинным абажуром. Правда, хозяина в тот день дома не было — он в медцентре проходил интенсивный курс восстановительной терапии. С Людмилой Поргиной в тот день мы выпили не один чайник — она всё рассказывала. Как дорог ей муж, как она молила Бога не отнимать у неё свет жизни, как, бросив профессию и став для мужа сиделкой, медсестрой, массажисткой, воспитателем, готова повторить всё то же для любого другого больного, семья которого не может позволить себе нанять человека для этих целей, — лишь бы Николай Петрович был рядом. И о том, как её мужа любит весь мир: россияне, узнав о беде, случившейся в семье артиста, молились за него и собирали деньги на лечение, звёзды шоу-бизнеса становились в очередь за право погулять с Николаем Петровичем, которому нужны были постоянные лечебные прогулки, а американская компания, производившая дорогущие лекарства за 15 тысяч долларов, узнав, кому они нужны, просто подарила Поргиной двойной их курс.


Потом снова была у них в гостях — на сей раз уже в компании Николая Петровича. Жена запрещала ему много курить и прятала сигареты, выдавая буквально поштучно. В ту минуту в квартире были люди — они принесли лекарства. Пока Поргина была занята, Николай Петрович улучил минуту и вытащил из заначки жены очередную сигарету. «Коля, будешь много курить — я с тобой разведусь! — тут же громогласно заявила Людмила Поргина. — Мы тебя всей страной лечим, а ты балуешься — не прощу!» Караченцов с улыбкой кивнул — мол, согласен на развод. «Ах так? Имей в виду, имущество пополам. — Он снова согласно кивнул. — Ты что из дома с собой возьмёшь?» — «Тебя!» — прохрипел актёр, ткнув в жену пальцем.


Потом мне тоже доверили пойти с ним на прогулку, во время который стала свидетелем, как его в неказистом длинном пуховике узнал прохожий мужчина и встал перед ним на колени. А Людмила Андреевна со смехом рассказывала, как в Латвии, где они гуляли по морской набережной, будто из-под земли выскочила какая-то женщина и кинулась на шею Караченцову: «Как же я рада, что вы живы!» — «Спасибо, я тоже рад, что вы живы», — прохрипел в ответ Николай Петрович, продемонстрировав жене сохранность своего тонкого чувства юмора, которым он так славился в актёрской среде.


Поргину часто упрекали в том, что она не жалела мужа: вместо того чтобы дать ему домашний кроватный покой, таскала по спектаклям и балетам, концертам и поездкам. Она отмахивалась: так хочет он, а я знаю, что радость для него — это жизнь. Но была тут и другая причина — немалая стоимость лечения и восстановления актёра. Все накопления Караченцовых ушли на выхаживание главы семьи в первые полгода. Потом потребовалась помощь, для этого Караченцов должен был быть постоянно на виду: как говорится, если с глаз долой — то и из сердца вон. Но с ними этого не случилось: до последнего дня Николая Петровича помнили. Любили и помогали — деньгами, лекарствами, физической помощью, добрым словом и молитвой — кто чем мог. Но, победив последствия аварии, онкологию победить они уже не смогли: рак левого лёгкого разъел организм артиста, сердце которого перестало биться


26 октября. Людмила Андреевна говорит, что до последнего актёр, понимая, что с ним происходит, просил всех только об одном: не плакать.


Власти Москвы предложили семье последний приют великого артиста на выбор: Ваганьковское или Троекуровское кладбище. Семья остановилась на менее пафосном Троекуровском — здесь лежат близкие друзья Николая Караченцова Наталья Гундарева, Владислав Галкин, Игорь Кваша. С ними, говорит Людмила Поргина, её Коле будет тепло.

Источник: MagMetall.ru


Заметили ошибку или опечатку? Материал нуждается в исправлении? Будем рады Вашей помощи! Пишите на на адрес [email protected]


Comments are disabled for this post