Кино: и на Тихом океане свой закончили поход

В союзах непохожих культурных традиций рождаются иногда престранные феномены.

Далекая от нас во всех смыслах Япония произвела на свет много удивительного — от харакири до Годзиллы — но в контексте родной экзотической культуры ритуал разрезания собственного живота кажется не более и не менее диким, чем идея ящерицы величиной с небоскреб. На самом деле Годзилла — еще далеко не самый безумный плод сумрачного японского гения: в террариуме тамошних монстров-кайдзю есть чудища, выглядящие как ожившие зонтики и светофоры. Но что взять с самураев? Восток — дело тонкое, тем более Дальний.

По-настоящему парадоксальные вещи появляются, когда Восток вопреки Киплингу сходится с Западом — и тех же кайдзю берется выращивать, например, мексиканец, проведший детство между бабушкой-ультракатоличкой и голливудскими ужастиками. Общеизвестная любовь Гильермо дель Торо к чудовищам принесла ему в 2018—м аж двух самых главных «Оскаров» — но на пути к этому триумфу она воплотилась в фильмах разных жанров. Все они были не без странностей, но одним из самых странных получился «Тихоокеанский рубеж» 2013 года.

Сюжет про войну гигантских монстров с гигантскими же роботами дель Торо взял из японской поп-культуры, бюджеты, технологии и свой универсальный язык предоставил Голливуд, а детская мечтательность и молодецкий задор были неповторимые режиссерские.

Получилось в итоге то же, что обычно и получается в подобных случаях — когда творческая индивидуальность со своими бзиками берется делать из денег еще большие деньги. «Рубеж» наверняка бы с треском провалился в прокате — но спасение пришло из Поднебесной. Извивы конфуцианской психологии заставили гигантский Китай влюбиться в японо-американских чудищ и роботов и кое-как вытянуть «Рубеж» на окупаемость.

О сиквеле никто всерьез не помышлял. Но в 2016 году сделавшую фильм компанию Legendary Pictures купил китайский конгломерат. Тут уж планы продолжить «Рубеж» были не просто реанимированы, а объявлены первоочередными и срочными. И дель Торо, и Чарли Ханнэм, сыгравший в первом фильме главного героя, оказались заняты в других проектах — но ждать их никто не стал. В режиссерское кресло посадили Стивена ДеНайта, сценариста сериала «Спартак». Героев придумали новых (отчасти), резонно рассудив, что в монструозном жанре люди — не главное. В современном Голливуде значение актерской, даже звездной, индивидуальности стремительно падает — а оба «Тихоокеанских рубежа» представляют как раз ту рисованную на компьютере, грохочущую и всесокрушающую разновидность кино, что вот—вот окончательно избавится от таких рудиментов прошлого, как характеры, сюжет и смысл.

Нет, тут имеются какие-никакие герои-люди, а у некоторых из них — даже какие-никакие истории. Например, погибшему в первом фильме маршалу, сыгранному Идрисом Эльбой, сценаристы сиквела придумали сына Джейка (Бойега). Он когда-то учился на пилота робота-«егеря», но поссорился с отцом и стал вести асоциальный образ жизни, торгуя ворованными деталями «егерей». Однажды его арестовывают вместе с юной девицей, техническим вундеркиндом без определенного места жительства по имени Амара (Спэни), и ставят перед выбором: тюрьма или военная академия. Он выбирает второе — и очень вовремя, потому что чудища-кайдзю, которых в финале первого фильма загнали-таки восвояси в другое измерение, теперь, спустя десять лет после тех событий, снова лезут на Землю…

Алексей ЕВДОКИМОВ.


Заметили ошибку или опечатку? Материал нуждается в исправлении? Будем рады Вашей помощи! Пишите на на адрес [email protected]


Comments are disabled for this post