Volkswagen в Латвии образует картель

Главным обоснованием рекордно крупного штрафа, наложенного на дилеров и импортеров Volkswagen, является электронная переписка насчет закупок, в которых они участвовали. После суда стало понятно, что, хотя переписка между предприятиями и происходила, явных признаков картеля найдено не было, штрафов не будет, либо они будут гораздо меньше.

О защите клиента Dienas Bizness попросил рассказать адвокатов Дебору Павилу и Юлию Ерневу, которые в Рижском административном окружном суде представляли импортера автомашин бренда Volkswagen в странах Балтии SE Moller Baltic Import и три предприятия группы — SIA Moller Auto Krasta, SIA Moller Auto Latvia и SIA Moller Auto Ventspils. Еще два дилера Volkswagen — SIA SD Autocentrs и SIA Ripo Autocentrs — независимые и с группой Moller не связанные предприятия, которые юристы упоминают только по существу дела.

Охарактеризуйте обоснование Совета по конкуренции для наложения административного штрафа. Как это началось?

Дебора Павила: Все зиждется на основании жалобы одного дилера. Это был Auto Īle&Herbst. Они подали заявление в Совет по конкуренции. Они сами были втянуты в дело, но так как они выступали в роли заявителя, то за информацию получили скидку. Такие программы снисхождения распространены во многих странах ЕС, и это нормальная практика. Auto Īle&Herbst ее использовали. Их исключили из сети дилеров, о чем они отдельно судились. Там шла речь о нарушении правил дилеров. Я допускаю, что это и стало причиной сообщения, поданного в Совет по конкуренции. Хотя СК и административное учреждение, у них есть широкие полномочия, и были проведены обыски на предприятиях, изъяты носители данных. И тогда СК два года изучал э-почту и в декабре 2014 года принял решение, а в начале 2015 года сообщил о наложении штрафа.

Таким образом СК считает, что торговцы Volkswagen в Латвии образуют картель. Эти предприятия отрицают переписку между собой по электронной почте?

Дебора Павила: Основные доказательства — это электронные письма. Там по сути так: один дилер пишет другому, что будет закупка и он в ней будет участвовать, поэтому просит коллег в ней участия не принимать. Главный аргумент защиты — все происходит под одним брендом -Volkswagen.

Юлия Ернева: Volkswagen на рынке конкурирует с другими автопроизводителями. У всех других брендов автомашин в Латвии, по большей части, только один дилер. У других брендов в нашей стране нет такой развитой сети дилеров.

Дебора Павила: Переписка по э-почту происходит между всеми дилерами Volkswagen в Латвии — как теми, кто является предприятиями группы, так и теми, кто не является. Тексты э-писем в основном содержат просьбы воздержаться от участия в какой-либо закупке, в которой какое-то предприятие решило участвовать. Разумеется, эти предприятия исключают конкуренцию между собой, они исключают конкуренцию между продажей, например, VW Golf и VW Golf. В большинстве случаев закупки очень конкретные и нет возможности предложить две разные модели автомашин одного бренда. В то же время в каждой закупке можно найти, что там участвуют дилеры других брендов автомашин и конкуренция, по сути, существует.

Таким образом вы пытаетесь доказать, что определять конкуренцию по торговле продуктами одного бренда абсурдно?

Юлия Ернева: Необходимо понимать, о чем идет речь. Мы все понимаем, что продукт один. Это автомашина Volkswagen. Конкуренция может быть по цене, но цену в этом случае в основном определяет завод. Именно завод помогает дать дилерам лучшие цены и это значит, что в распоряжении дилеров одни и те же инструменты. Остается еще определяемая ими маржа прибыли, что является несущественным на фоне цены автомашины. Получается, что дилеры одного бренда не могут предлагать совсем разные цены.

Если бы в Латвии был один дилер Volkswagen, как это есть у других брендов, хотя бы и с 10 филиалами, работники смело могли бы переписываться по э-почте о закупках?

Дебора Павила: В некотором роде эта сеть дилеров «укусила» группу Moller. Факт тот, что допускается, что на рынке работают независимые дилеры. Примером здесь может быть Mercedes — у них интегрированная система, только один дилер, в закупках участвует один дилер, поэтому нет никаких вопросов. У Moller же много распространителей, есть независимые дилеры, которые не принадлежат группе Moller, и получается, что эта переписка, по крайней мере потенциально, может быть предметом рассмотрения с точки зрения нарушения закона о конкуренции.

Юлия Ернева: В Латвии нет завода Volkswagen и он не участвует в споре, хотя в реальности конкуренция на рынке происходит между автопроизводителями. Конкуренция есть на глобальном уровне, но в нашем конкретном деле выделен только один небольшой элемент. Это мы и подчеркивали на суде и сказали Совету по конкуренции, что важна общая картина, а не отдельные элементы. Суд эту картину и увидел.

Так торговцы Volkswagen — это картель или нет?

Дебора Вапила: Совет по конкуренции рассмотрел электронную переписку и пришел к выводу, что это картель, поэтому был применен штраф. Однако классическим картель был бы, если вместе собрались бы производители разных брендов автомашин и договорились бы о переделе рынка в Латвии. Вот в этом случае это несомненно был бы картель. Право на конкуренцию дело такое — если сказано, что в конкретном соглашении есть картель, то ничего больше доказывать не надо. Не надо доказывать, что у таких действий может быть негативное влияние на рынке. Не надо рассказывать о сговоре и последствиях. Картель — это плохо, негативные последствия доказывать не надо, они идут следом за определением нарушения как его неотъемлемая составная часть.

Янис Голдбергс


Заметили ошибку или опечатку? Материал нуждается в исправлении? Будем рады Вашей помощи! Пишите на на адрес [email protected]


Comments are disabled for this post