Вот такое кино: энциклопедия русской жести

Восьмисерийная российская «Идентификация» столь же амбициозна, полна претензий на индивидуальность и беспрецедентность, сколь безлико и расхоже ее название.

Проводить опознание любили режиссеры всех времен и народов: «Идентификация женщины» Антониони, «Идентификации Борна», «Идентификация» просто с Джоном Кьюсаком… К любой из них в сериале от Premier при желании можно найти косвенные отсылки — чем и занимаются, щеголяя эрудицией, российские критики. Однако амбиции шоураннера и режиссера всех серий Владлены Санду лежат вовсе не в области цитат и интеллектуальных игр. Ровно наоборот: она с ходу погружает зрителя в живую, грубую, пеструю, неприглядную реальность.

Из каморки в камеру

Начало (без учета коротенькой и жутенькой открывающей сцены) выдержано в почти документальной манере, выдающей в Санду автора неигровых короткометражек: тряская ручная камера, крупные планы. Форма полностью соответствует содержанию — жгучей актуальностью и животрепещущей проблематикой полны в первых эпизодах каждый кадр, каждый поворот сюжета.

Вещевой рынок, торговцы–мигранты, мусульмане в плавильном котле Москвы. Столкновение культур, эксплуатация бесправных работников, сексуальные домогательства. Европеоидная блондинка Лера (Тронина), сирота, прибившаяся к киргизской общине и принявшая ислам, живет в каморке на рынке — там же, где торгует контрафактной одеждой.

Бакир (Чокоев), брутальный хозяин торговой точки, бесцеремонно харассит Леру; Аман (Осмоналиев), чистый душой младший брат Бакира, зовет ее замуж. Прямо на свадьбе Леры и Амана новоиспеченный деверь нападает на невесту в туалете ресторана, намереваясь изнасиловать. Вскоре в том же туалете находят его труп с перерезанным горлом и множеством других ран. Предполагаемое орудие убийства — осколок стеклянной мыльницы — обнаруживается в Лериной сумочке.

Допрашивает обвиняемую матерый, но опустившийся следак (Васильков): у него последний рабочий день перед пенсией, зверские боли от засевшего еще в Афгане в голове осколка и шприц с болеутоляющим как последняя отрада в жизни. А в качестве положенного по закону бесплатного защитника Лере достается юноша с ДЦП (Васильев).

Энциклопедия русской тайной жизни

Дальше будет не хуже (в смысле — не лучше для персонажей): Лера попадет в СИЗО, что позволит вскрыть разнообразные язвы российской пенитенциарной системы. Экскурсы в прошлое героини (какой именно? не будем спойлерить…) познакомят нас с миром дешевых борделей и хостелов–притонов. Непростые отношения множества действующих лиц с их родителями и женами высветят проблемы бытового алкоголизма и домашнего насилия.

Уже со второй серии «Идентификация» предстает не телевизионной версией «Айки» и «Продуктов 24» (из последних ей досталась исполнительница одной из ролей Гульназ Келсимбаева), фестивальной чернухи из жизни среднеазиатских мигрантов, — а целой энциклопедией русской тайной жизни, обширной описью общественных недугов и злободневных вопросов. Обширной — а следовательно, беглой и не слишком убедительной.

Хиджабы, молитвенные коврики и фразы на киргизском будут мелькать до самого конца — но уже на периферии; основная же сюжетная линия уйдет очень далеко от рынка «Теплый стан».



Это скорее разочаровывает. Ведь новизна и ценность «пилота» — в том, что он показывает относительно широкому сериальному зрителю огромный, важный, но до сих пор почти не представленный в массовой культуре пласт российской действительности. К тому же успех сопутствует тамошним сериальщикам (тем, кто претендует на серьезность и реализм), когда они не замахиваются слишком широко, а разрабатывают конкретную тематику или локацию. В этом, например, было достоинство прославившего блондинку Тронину «Хэппи–энда», что весь первый сезон держался близ веб–камеры.

Жесть в кино и наяву

Однако Санду быстро делается тесно и в киргизской общине, и в полудокументальном жанре. Она не только спешит поднять все острые вопросы и высказаться на все горячие темы (от неподобающего отношения к иностранцам и инвалидам до токсичных родителей, не дающих, как известно, жизни «зумерам»), но еще и старается завернуть невиданную триллерную интригу, напустить густого детективного туману. Вероятно, поэтому — ради пущей загадочности — ни в анонсах, ни в титрах начальных серий не появляется имя более чем известного актера, занятого в ключевой роли и долго показываемого лишь с затылка.

Но как раз триллерная часть «Идентификации» с ее завиральными сюжетными кренделями, опереточными злодействами и на удивление небрежно прорисованным главным злодеем — самое слабое место сериала. Занозистые реалии российской современности плохо сочетаются с гладкими пластмассовыми клише американского «маньячника», детальками, из которых составляет Санду свой детективный ребус.

Элементарная правда жизни леденит кровь куда успешней, чем изощренные зверства выдуманного фантомаса в силиконовой маске. Не очень понятно, зачем вообще его было выдумывать, если все и так знают: жизнь — жестче.

Подписывайтесь на Телеграм-канал BB.LV!
Заглядывайте на страницу BB.LV на Facebook!
И читайте главные новости о Латвии и мире!


Заметили ошибку или опечатку? Материал нуждается в исправлении? Будем рады Вашей помощи! Пишите на на адрес [email protected]


Comments are disabled for this post