Завещание министра обороны: мы можем потерять кусок Латвии

«Заинтересованность России вмешиваться»

Минобороны утверждает необходимость «ответственного отношения всего общества к государству и его безопасности». Отныне не только НВС, но и все государственные и частные структуры будут подчинены военному делу. Ведь если война ныне гибридная, то и участвовать в ней обязан каждый сознательный гражданин.

В качестве обоснования столь радикальной доктрины значится: «Нынешняя внешняя политика России является агрессивной и порождает серьезные вызовы безопасности во всей Европе. Нынешнее вмешательство России в демократические процессы в Европе и в США порождает серьезные опасения о возможности подобной ситуации в Латвии. Исторически латвийская внутриполитическая и внешнеполитическая ситуация образовывались под непосредственным влиянием информационного пространства, политических и экономических процессов, энергетической политики и других сфер Российской Федерации. Эти обстоятельства, а также события 2008 года в Грузии, происходящий с 2014 года конфликт на Украине и направление развития Латвии, в смысле принципов и ценностей отличающееся от России, порождают серьезные основания усматривать заинтересованность России вмешиваться во внутриполитические процессы Латвии».

Удивительный набор доказательств, особенно в части вмешательства в демократию. Казалось бы, совсем недавно в ЛР прошли всеобщие парламентские выборы, в ходе коих рука Кремля как—то не вскрылась. Видимо, СЗК так переживает из—за своего поражения — при действующем премьере такой пролет… И то сказать, уже полтора десятилетия состоим в ЕС и НАТО, а Россия, оказывается, на нас столь сильно воздействует. Плохо работаете, кунги!

«Способствовать готовности жителей защищать государство»

Концепция тотальной обороны, отмечается в документе, ранее применялась государствами, не входящими в военные альянсы — Швейцарией, Финляндией, Сингапуром. Однако «в Латвии существует исторически сложившееся российское влияние во внутренней политике, и Латвия является государством—участником НАТО». «Эти обстоятельства сами по себе исключают нейтралитет».

Поэтому в числе близлежащих задач минобороны видит: введение военного обучения в школах (с начальных классов!); поддержание «психологической обороны», т. е. «устойчивости жителей против осознанного или неосознанного воздействия извне на информационную и публичную среду, способность сохранять рациональное мышление и принятие решений, способствования критическому мышлению»; устойчивости народного хозяйства к кризисам, а именно — «мобилизации народного хозяйства, формированию запасов товарных резервов».

Последнее предложение Бергманиса не может не заинтересовать отечественный бизнес — разумеется, если военное ведомство действительно решится закупить у предпринимателей консервы, сухое молоко и растворимые супы. Думается, создание национального пищевого резерва действительно способно подыграть национальной индустрии — если, конечно, минфин на это согласится. Кстати, советовался ли министр со своим партайгеноссе Д. Рейзниеце—Аболой перед тем, как ковать свои далеко идущие планы?

Вполне может быть, что вскоре предпринимателям ЛР придется что—то делать с объемами, предназначавшимися в прежнее время для Британии. Туманный Альбион со своим Брекзитом подгадил соседке по НАТО не хуже, чем коварная Московия…

«Психологическая готовность сопротивляться оккупационной власти»

Наверное, немного в НАТО XXI века стран, всерьез рассматривающих в официальных документах политического планирования вероятность иностранного военного вторжения и оккупации. Вот полюбуемся на полет фантазии латвийского минобороны: «Чтобы каждый житель Латвии знал свое место и роль в движении сопротивления. Использование методов сопротивления НВС является одним из видов государственной обороны, ибо существует риск в случае кризиса или военного конфликта потерять контроль власти над частью или всей территорией Латвии. Постройка соответствующей инфраструктуры, предусматривая двоякое ее использование в случае кризиса или конфликта, является ответственным подходом при планировании и разработке моделей обороны государства и сопротивления».

Стало быть, надо загодя партизанские базы закладывать? Но к чему тогда объявленные приоритеты НВС — силы специального назначения, военные инженеры, противовоздушная оборона, разведка, командное управление, механизация, воздушная поддержка. Если уж в числе наиболее вероятных вариантов развития событий является проигранная война, то стоит ли тратить сотни миллионов на классические вооруженные силы, которые априори будут лишь считанными процентами от той военной мощи, которую способен сконцентрировать на латвийском направлении противник, озвученный выше?

Земессаргам надо доверять

Армия, по мнению минобороны, должна пронизать у нас все снизу доверху: «Латвийскому обществу нужно ощущать присутствие оборонной сферы и НВС не только в публичном пространстве… но также в формальных отношениях между НВС и другими институтами государственного управления, частным сектором, НГО и другими заинтересованными сторонами».

«Институтам государственного управления нужно предложить модель самоорганизации общества, основывающуюся на добровольности и желании включаться в мероприятия по преодолению кризиса и войны на национальном и муниципальном уровне». Золотые слова, но вот только НГО — негосударственные организации — в Латвии состоят, как правило, из «диванных воинов», которые смогут в лучшем случае запостить какую—нибудь бяку про Россию в социальной сети. Есть, конечно, и национально настроенные крутые ребята, физически подготовленные мастера боевых искусств или байкеры — но в мирное время у них есть занятия поинтересней, чем взаимодействие с государством… Кстати, представителей этих неформальных объединений даже иногда ловят на чем—то предосудительном. В любом случае, остаются старые добрые ополченцы, коим нужно оказывать всяческую поддержку — прежде всего в самоуправлениях.

В разделе «психологической обороны» важная роль отводится минкультуры и минобразования и науки. Вот уж на что, казалось бы, гражданские ведомства — а и от них требуется «уменьшать возможность внутренних конфликтов в государстве».

А затем следует весьма знаковый пассаж: «Общество, объединенное принадлежностью к своему государству, а не к конкретной этнической группе, способно не поддаваться на провокации и более фокусироваться на обороне всего государства, не позволяя противопоставлению между национальностями. Духовное единство народа может быть решающим обстоятельством, определяющим исход войны и готовность народа встать перед выбором».

Золотые слова, но вот только перед этим правительством М. Кучинскиса было сделано все против данного положения. И сам министр обороны Р. Бергманис голосовал за прекращение образования на русском языке. «Нужно укреплять убежденность общества в сохранении и защите существующего образа жизни», говорите? Так ведь для сотен тысяч людей в течение десятилетий как раз этим образом жизни было сохранение собственной идентичности в независимой Латвии. Теперь им в этом отказано.

Минобороны предлагает предоставить «всем вовлеченным сторонам» направить свои отзывы по предложениям о всеобъемлющей обороне до 1 августа 2019 года. В этом же году оформят пилотный проект курсов по обороне «для различных групп общества». К 2020 году намечается разработать Концепцию обороны государства на основе «всеобъемлющего» подхода…

Николай КАБАНОВ.

«Существует риск в случае кризиса или военного конфликта потерять контроль власти над частью или всей территорией Латвии».

Минобороны Латвийской Республики.


Заметили ошибку или опечатку? Материал нуждается в исправлении? Будем рады Вашей помощи! Пишите на на адрес [email protected]


Comments are disabled for this post